«Мама-природа»: от легенды Аннау к художественному миру выставки
Иллюстрированный культурный очерк | Ашхабад, ноябрь 2026 года
Над входом в выставочный зал — два древних дракона-аждарха. Внутри — изображения матерей и детёнышей, ночных светил, извилистых природных орнаментов и анатомического сердца, превращённого в «Древо жизни». Эти образы, разделённые столетиями, неожиданно вступают в разговор о сострадании, памяти и хрупкости живого мира.
Выставка как культурный диалог
По инициативе Посольства Азербайджанской Республики в Туркменистане 5 ноября в Государственной академии художеств Туркменистана была организована экскурсия на международную художественную выставку «Мама-природа» (MAMA Mother Nature). Проект осуществлён Фондом Гейдара Алиева совместно с Благотворительным фондом по оказанию помощи нуждающимся в опеке детям имени Гурбангулы Бердымухамедова, при поддержке Посольства Азербайджана. Его концепцию разработала Лейла Алиева — вице-президент Фонда Гейдара Алиева, основатель и руководитель общественного объединения IDEA; куратор — Эмин Мамедов.
Выставка торжественно открылась 20 октября 2026 года и продлится до 30 ноября. В церемонии открытия приняли участие Огулджахан Атабаева — вице-президент по лечебной деятельности Благотворительного фонда по оказанию помощи нуждающимся в опеке детям имени Гурбангулы Бердымухамедова, Лейла Алиева — вице-президент Фонда Гейдара Алиева, и Саида Мирзиёева — руководитель Администрации Президента Республики Узбекистан. Ашхабадская экспозиция объединяет живопись, графику, скульптуру, видео и другие художественные формы, обращённые к отношениям человека с природой и ответственности за её сохранение.
Экскурсия 5 ноября собрала представителей дипломатических миссий, преподавателей, журналистов и творческой общественности. Среди участников, были заместитель министра культуры Азербайджана Саадат Юсифова и заместитель министра иностранных дел Туркменистана Мяхри Бяшимова. В выступлении Чрезвычайный и Полномочный Посол Азербайджанской Республики в Туркменистане Гисмет Гезалов подчеркнул, что глобальное потепление и изменение климата придают выставке дополнительную актуальность. Он напомнил о её первом показе в Баку в 2024 году во время COP29 и о последующих зарубежных презентациях. Для Ашхабада проект стал также поводом подчеркнуть культурные связи Азербайджана и Туркменистана.
Гисмет Гезалов, Чрезвычайный и Полномочный Посол Азербайджана в Туркменистане, у баннера выставки.
Участники международной экскурсии у выставочного баннера MAMA Mother Nature.
Входной информационный баннер международного проекта MAMA Mother Nature.
Дипломатия и общий язык культуры
В беседе с журналистами посол Турецкой Республики в Туркменистане Шенер Джебеджи обратил внимание на культурную и языковую близость Турции, Азербайджана и Туркменистана. Он отметил, что выставки и другие совместные культурные инициативы помогают укреплять отношения между тремя странами, которые он назвал братскими. Турецкий дипломат рассказал, что участвовал и в открытии проекта, и в нынешней встрече.
Посол Турецкой Республики в Туркменистане Шенер Джебеджи во время посещения выставки (по сведениям автора фотографии).
Так официальный разговор об охране природы приобрёл дополнительное измерение: искусство стало поводом для общения между представителями разных государств и культур. Отсюда маршрут экскурсии естественно ведёт к историческому порталу на входе в зал.
У входа — память о «Доме красоты»
Внимание посетителя ещё до знакомства с экспозицией привлекает арка над входом: на синем фоне видны две извивающиеся фигуры драконов, а выше — арабская каллиграфическая надпись. Это современное воспроизведение знаменитого декора мечети Сейит Джемал ад-Дина, построенной в Аннау в 1455–1456 годах и известной как «Дом красоты». Исторический памятник серьёзно пострадал во время землетрясения 1948 года.
Важно различать каллиграфический текст и коранический аят. Историческая надпись оригинального портала включала посвящение эпохе правления султана Абу-л-Касима Бабура Бахадур-хана; точное буквальное совпадение текста современной копии по фотографии установить невозможно. Главная зрительная особенность портала — встречные фигуры аждарха, необычные для архитектурного декора мечети.
Легенда о благодарных драконах
Историю драконов гостям рассказала заведующая кафедрой Академии художеств Туркменистана Айджан Кадырова. Во время экскурсии она связывала исторические символы с основной темой выставки — отношением человека к природе и ответственности за сохранение жизни.
По одному из местных преданий, на дереве возле древнего поселения висел колокол: в него звонили те, кому требовалась помощь. Однажды звон поднял жителей ночью, и они увидели дракона, который жестами звал людей за собой. В ущелье оказалось другое мифическое существо, страдавшее от застрявших в горле рогов проглоченного животного. Два мастера освободили его. В благодарность драконы принесли золото и драгоценности, на которые, согласно легенде, и был построен храм.
Легенда известна в разных версиях: в одних говорится о правительнице Джемал, в других — о правителе. Но её нравственное ядро неизменно: человек помогает тому, кого боится, а сила отвечает благодарностью, а не насилием. Так средневековое предание неожиданно подготавливает зрителя к современной выставке, где мотивы защиты и заботы занимают столь заметное место.
Случайный кадр и разговор о Шёлковом пути
Наш фотограф поймал ещё одну примечательную сцену: под изображениями древних аждарха в зал вместе с другими гостями входит Чрезвычайный и Полномочный Посол КНР в Туркменистане Цзи Шуминь. Мы спросили дипломата, как можно объяснить сходство мотивов дракона в разных восточных культурах.
По его мнению, возможное объяснение — культурные контакты на Великом шёлковом пути, проходившем через эти земли: вместе с товарами распространялись рассказы, образы и художественные приёмы.
Это содержательная гипотеза, но не доказательство прямого заимствования: китайский дракон и туркменский аждарха имеют различные культурные контексты. Тем не менее история международных обменов делает такое сопоставление вполне уместным. На фотографии древняя символика, современная дипломатия и культура стран региона буквально оказываются в одном кадре.
Гости международной экскурсии в залах Государственной академии художеств Туркменистана.
Гости входят в зал под изображениями аждарха; по сообщению автора снимка, среди них — посол КНР в Туркменистане Цзи Шуминь.
Экскурсия глазами искусствоведа
Продолжая экскурсию, искусствовед объяснила, что экспозиция объединяет свыше ста работ художников из приблизительно тридцати стран — живопись, графику, скульптуру, декоративно-прикладные объекты и видео. Эти данные приводятся по её устному выступлению и нуждаются в сверке с полным каталогом. Она отдельно отметила женский образ как олицетворение матери-природы: многочисленные руки защищают потомство. По её словам, значительную часть экспозиции занимают работы Лейлы Алиевой.
Особое внимание она уделила анатомическому сердцу, чьи корни словно уходят в землю. Она назвала его одним из ключевых объектов выставки и сообщила, что автором является Лейла Алиева. Её объяснение помогает связать экологическую программу проекта с собственно пластическим решением скульптуры.
Во время экскурсии: беседа о художественном образе женщины и природы.
Знакомство гостей с живописными произведениями выставки.
От древней легенды — к языку современной графики
На выставке представлены работы разных авторов; в этой части очерка речь идёт прежде всего о зафиксированной на фотографиях серии образов, связанной с тематикой материнства и природы. Вместе с тем они помогают увидеть художественный язык и смысловые акценты проекта, задуманного автором проекта.
В графических композициях почти не остаётся пустого листа. Точки, кольца, полосы и спирали покрывают тела животных, расползаются по фону и напоминают древесные срезы, корни или потоки воды. Возникает образ природы как единого организма: границы между существом и окружающим миром словно растворяются.
Фрагмент экспозиционной стены: графические работы, животные, природные мотивы и ночные светила.
Материнство: сила как способность беречь
В ряде работ повторяются пары «взрослое животное — детёныш». Это не столько зоологические зарисовки, сколько изображения заботы. Носороги, большие кошки, обезьяны и другие животные здесь не заняты борьбой; их сила прочитывается через защиту младшего и уязвимого.
Такой мир намеренно идеализирован. В нём хищник может быть нежным, а забота становится общим языком живого. Сюжеты перекликаются с легендой об аждарха: чужое существо оказывается достойным не страха и уничтожения, а понимания и помощи.
Носорог и детёныш среди насыщенного природного орнамента.
Обезьяны: материнская близость в окружении ярких декоративных форм.
Женщина с ребёнком в центре густого мира растений, животных и символов.
Гармония и скрытая тревога
При мягкости самих сюжетов рисунки далеко не всегда безмятежны. Тёмные диски светил, огненные фоны, плотная черно-белая штриховка и повторяющиеся глаза создают внутреннее напряжение. Особенно явно оно ощущается рядом с изображениями крупных кошек и ночными композициями. Нежность здесь словно существует внутри мира, который не гарантирует безопасности.
Подобное соседство спокойствия и тревожных элементов можно читать как размышление о хрупкости благополучия. Однако это интерпретация образов, а не свидетельство о душевном состоянии автора. Художественный язык не даёт оснований диагностировать реальные личные переживания.
Два больших пятнистых хищника на огненном фоне с тёмным диском светила.
Ночные животные и крупный жёлтый диск: близость на фоне загадочного пространства.
Женский образ и его неоднозначный спутник
Особый интерес вызвал у нас рисунок с женщиной и расположенным рядом существом. Её взгляд опущен, лёгкая асимметричная улыбка допускает оттенок иронии; спутник смотрит непосредственно на зрителя. В беседе возникла интерпретация этого образа как символического «второго я»: рядом с мягкостью и сдержанностью может находиться наблюдательность, внутренняя осторожность или способность к самоиронии.
Однако название и точная символика персонажа на фотографии не подтверждены; превращать его в прямое обозначение конкретного человека либо связывать картину с семейной биографией художницы было бы необоснованно. Интереснее сама композиционная игра двух разных взглядов — направленного внутрь и обращённого вовне.
Увеличенный фрагмент: женский образ с опущенным взглядом рядом с пристально смотрящим существом.
«Древо жизни»: сердце как образ единства
Одна из самых запоминающихся объёмных работ — «Древо жизни» (Tree of Life). Анатомическое сердце покрыто извилистыми узорами, переходящими на основание скульптуры. В них читаются корни, древесные кольца, сосуды и геологические пласты. Здесь форма и рисунок работают вместе: сердце перестаёт быть изолированным органом и превращается в часть огромной природной системы.
Это сильная визуальная метафора проекта. Сердце означает жизнь и чувство, дерево — рост и преемственность, а непрерывность орнамента связывает человеческое тело с землёй. По словам экскурсовода, автор этой работы — Лейла Алиева; при окончательной публикации стоит сверить имя с музейной этикеткой.
Скульптура «Древо жизни» (Tree of Life), вид спереди.
«Древо жизни», вид с обратной стороны: рисунок продолжается по всей поверхности и основанию.
Жизнь, память и ответственность
В выставочном пространстве соседствуют исторические драконы Аннау и современные изображения реальных и фантастических существ. Между ними нет доказанной прямой художественной преемственности, но возникает общая тема: жизнь связана с взаимной ответственностью, а природный мир — с памятью культуры.
Именно в этом смысле название «Мама-природа» выходит за пределы экологического лозунга. Выставка напоминает, что охрана природы начинается не только с решений и программ, но и со способности воспринимать другое живое существо как ценность. В старинном предании помощь получает дракон; на рисунках особое место занимает забота о детёныше; в скульптуре человеческое сердце оказывается частью дерева жизни. В разных образах звучит одна мысль: беречь природу — значит беречь собственное будущее.
