Центральноазиатская стратегия США – быть или не быть конкуренции между супердержавами
В 2020 году Соединенные Штаты представят свою новую стратегию по Центральной Азии – региону, имя которого все чаще звучит в экспертных дискуссиях на тему геополитической конкуренции между сверхдержавами – Россией, Китаем и США.
Новая Центральноазиатская стратегия Трампа должна стремиться к налаживанию более тесного партнерства между крупными мировыми державами, а не к разжиганию соперничества, так считает Сяо Бин, младший научный сотрудник Института российских, восточноевропейских и центральноазиатских исследований Китайской Академии общественных наук. Его статья на данную тему была опубликована на днях китайским таблоидом Global Times.
С тех пор как центральноазиатские страны обрели независимость, в Белом доме сменилось пятеро хозяев. В последние два десятилетия после трагических событий 11 сентября, исходя из комбинации национальных интересов с международными политическими реалиями в регионе, США трансформировали политический курс на создание Великой Центральной Азии в концепцию «Новый Шелковый путь», предполагающей формирование единой транспортной и торговой инфраструктуры в большом регионе ЦА, куда должны входить не только пять традиционных «станов», но ряд южноазиатских стран - Пакистан, Афганистан, Иран, Индия.
На первых порах после вступления Дональда Трампа в должность среднеазиатская политика особо не менялась. «Однако предпринятые Трампом в 2018 году шаги в регионе сигнализировали о том, что корректировки неизбежны», - отмечает китайский эксперт.
Президент США назначил новых послов в центральноазиатские страны, укрепил «стратегическое партнерство» с Казахстаном и Узбекистаном, расширил повестку диалогового формата С5+1.
По мнению Бина, анализировать новую стратегию Трампа в Центральной Азии нельзя в отрыве от американских отношений с другими игроками глобальной политической арены. «Пару лет назад стратегия национальной безопасности США определила Китай и Россию в качестве стратегических конкурентов», - напоминает он.
А теперь и Пекин с Москвой, вероятно, рассматривают новую стратегию Трампа в Центральной Азии как вызов и политику сдерживания китайских и российских интересов.
Несмотря на то, что система «сдержек и противовесов» всегда оставалась весомым элементом американской дипломатии, и Белый Дом видит в КНР и России главных конкурентов, например, в Европе и Восточной Азии, США не считают, что Центральная Азия может представлять зону соперничества со стороны двух указанных держав, аргументирует Сяо Бин.
По его прогнозам, Вашингтон не станет формировать в регионе какие-либо провокационные для Пекина и Москвы альянсы. А наоборот, эта тройка может наладить партнерство в целях поддержки процесса мирного урегулирования в Афганистане.
Кроме того, как полагает китайский эксперт, новая политическая линия Трампа в Центральной Азии не повлияет на существующие прочные торгово-экономические связи региона с Китаем и взаимодействие некоторых центральноазиатских государств с Россией в сфере безопасности.
Новая политика Трампа в Центральной Азии будет направлена на обеспечение растущих американский интересов в условиях развивающейся региональной международной политики. И даже несмотря на вероятность возникновения региональной конкуренции, «у Китая, России и США все еще есть возможность направить усилия на упрочение процветания и стабильности в регионе Центральной Азии. Тем более, и страны региона предпочитают видеть здоровое взаимодействие между крупными державами, нежели вынужденный выбор между той или иной стороной», - резюмирует Сяо Бин.
Как сообщает ряд СМИ, центральазиатскую стратегию Трампа, которая будет принята впервые, представит госсекретарь США Майкл Помпео во время поездки в столицу Казахстана в следующем году. Точные даты визита пока не названы.
Эльвира КАДЫРОВА
