Мировой кинематограф, в том числе и советский во второй половине прошлого века стал источником появления бесчисленного множества фраз и устойчивых выражений, конкурирующих с многовековыми пословицами и поговорками человечества. Например, уважаемый читатель наверняка различит историческую разницу во времени таких популярных фраз как «И ты, Брут?» и «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!»... Названия популярных фильмов так же оставили свой отпечаток. Поэтому, в продолжение слова «Однажды...» представители старшего поколения киноманов непременно добавят: «...в Америке».

И это повествование тоже начнется с Америки, точнее с Нью-Йорка - города, где разыгрывались ключевые эпизоды знаменитой саги The Godfather. Но наш главный герой не имеет абсолютно ничего общего с ее сюжетом, у него совсем другая история.

Итак, после Второй мировой войны с образованием ООН, зданию на Первой авеню на берегу Ист Ривер, прозванному в народе «спичечной коробкой» в центре «Большого яблока» был придан глобальный статус.

Когда Майкл Корлеоне вернулся с фронта и увлек свою девушку Кэй в круговорот «мирной жизни» нью-йоркских переулков, в коридорах и на площадках штаб-квартиры Сообщества Наций, расположенной у кромки каменных джунглей Манхэттена, разворачивались настоящие дипломатические баталии, предваряя начало новой глобальной войны, на этот раз – «холодной».

Для достойного распутывания всепоглощающего клубка мировых проблем и хитросплетений непримиримых интересов, наряду с интеллектуальными способностями, могли послужить преданность Родине, бесконечная верность долгу и самоотверженное служение своему государству.

С окончанием почти полувековой «холодной войны» в начале 90-х годов во многих районах тогдашних государств-членов с новой силой разгорались локальные конфликты и вооруженные столкновения, что способствовало существенному оживлению деятельности ООН. В момент, когда первый и последний президент СССР отрекался от должности, в Нью-Йорке назначался 6-й по счету генеральный секретарь ООН. Им стал Бутрос Бутрос-Гали, сменивший на посту Переса де Куэльяра.

Бутрос Гали, бывший до этого государственным министром иностранных дел Египта, с вступлением в новую должность своеобразного глобального координатора предложил концепцию «построения мира» вместо «поддержания мира». Ее новизна основывалась на том, что для построения мира необходимо достигнуть согласия всех втянутых в конфликт сторон, даже если данный конфликт происходит внутри суверенного государства. Такое видение приходилось не всем по душе.

Именно в этот драматичный момент из Ашхабада в Соединенные Штаты Америки прибыл посол Амангельды Рахманов, уполномоченный представить Туркменистан при его приеме в состав Организации Объединенных Наций. Его прибытие в штаб-квартиру ООН совпало с официальным заявлением об окончании «холодной войны», которое неофициально, но очевидно выставляло «капитулянта».

Если быть точным, то 1 февраля 1992 года президенты России и США Борис Ельцин и Джордж Буш-старший подписали Кэмп-Дэвидскую декларацию. Тем самым, было объявлено о формальном и юридическом завершении экзистенциального противостояния двух глобальных систем. Хотя первый пункт текста Декларации гласил: «Россия и Соединенные Штаты не рассматривают друг друга в качестве потенциальных противников. Отныне отличительной чертой их отношений будут дружба и партнерство...», последующие более чем три десятилетия все еще доказывают пруденциальную логику бессмертной фразы Киплинга относительно взаимоотношений Востока и Запада.

Таким образом, в дни, когда в Кемп-Дэвиде еще не просохли чернила на той самой декларации, в штаб-квартире ООН приветствовали ученого и дипломата Амангельды Рахманова, с многолетним к тому времени опытом в качестве заместителя главы МИД Туркменистана, а на самом деле почти полтора десятка лет de facto исполнявшего функции главы внешнеполитического ведомства туркменской республики. К тому же, он незадолго до этого успешно защитил докторскую диссертацию, посвященную историческим аспектам эволюции международных контактов.

Встреча двух интеллектуалов и бывших коллег на вершине дипломатического Олимпа, то есть генерального секретаря Бутроса Гали и туркменского посла Амангельды Рахманова в штаб-квартире ООН на церемонии вручения верительных грамот, была не просто сугубо протокольным событием. Это стало началом дружеского и тесного сотрудничества одинаково мыслящих ученых и политиков, родившихся на Востоке и искренне заинтересованных в недопущении конфликтов на перифериях империй конца второго тысячелетия. Заметим, что один из них, то есть принимающий грамоты, появился в свет в дни рождения Советского Союза, а вручающий – незадолго до создания ООН.

Во время беседы после вручения верительных грамот, Бутрос Гали живо интересовался Туркменистаном и выразил уверенность, что независимое туркменское государство в качестве полноценного участника Сообщества Наций, внесет свой достойный вклад в миротворческую деятельность ООН.

Скоро коллеги по системе ООН восхищались не только великолепными выступлениями и убедительным ведением внешнеполитических дискуссий Рахманова, но также и его элегантным вождением темно-синего кадиллака с дипломатическими номерами, плавно пересекающего бесчисленные стриты и авеню огромного Нью-Йорка. На первых порах обустройства в этих «джунглях» посол обходился без водителя.

Рахманов спешил на место назначения, не дожидаясь полного комплектования диппредставительства. Ведь тогдашние обстоятельства не терпели медлительности - были ценны не просто каждый день, но и каждый час, а может быть, и каждая минута.

Необходимо признать, что и сейчас существуют или же возникают различные суждения относительно тогдашнего краха одной мировой системы и доминирования другой. При всех противоречиях необходимо признать неумолимость течения исторического времени - всесильного Chronos, поглощающего своих детей. Считаю уместным вспомнить фразу легендарного автопромышленника Генри Форда. В качестве начального пункта жизненного кредо он объявил следующий принцип: «Не бойся будущего и не преклоняйся перед прошлым. Кто боится будущего и возможных неудач, тот своими руками сужает круг своей деятельности. Неудачи – это лишь повод начать все сначала и действовать более разумно. Неудача не позорна – позорен страх перед неудачей. Прошлое полезно только тогда, когда указывает нам пути и средства развития».

Соглашаясь с этим, А.Рахманов отвергает наполеоновский постулат: «Сначала ввяжемся в бой, а затем посмотрим». Как он неоднократно сегодня повторяет будущим дипломатам: «Политика, тем более внешняя политика, не терпит случайностей или опрометчивости. Тут нужно торопиться, но не спеша!».

Герой нашего повествования именно так и поступил в момент своего назначения на весьма ответственный пост, связанный с защитой национальных интересов на международной арене только что объявившего свою независимость молодого государства Туркменистан.

Прозорливость в наставлениях А.Рахманова применима и для анализа последних лет существования советской системы, которая, в случае применения методов китайской терапии, возможно, и могла бы отметить ныне в декабре 2022 года свой вековой юбилей. Как отмечал один из последних могикан в череде великих внешнеполитических аналитиков советской эры Валентин Фалин: «Агония СССР началась еще во второй половине 1970-х годов. Президент Картер запустил тогда в Америке 12 новых военных программ, мы ответили чем-то похожим у себя. А у нас были неурожаи и прочее. Потом в 1983-1985 годах американцы провели стратегическую операцию по лишению Советского Союза валютных средств. Они добились того, что цены на нефть упали до $5-6 за баррель. А наша себестоимость была $11-14. С началом быстрого скатывания в бездну была объявлена политика перестройки и гласности. Новый и последний лидер Советов в международных делах был готов отдать полцарства за коня».

Таким образом, впоследствии оказалось, что тогдашний «новый курс» по спасению Союза оказался без всякой программы и конкретной мысли, в результате чего через некоторое время и был забит последний гвоздь известной «тройкой» в известное место в глубине одного из охотничьих угодий снежного Беловежья...

Первым заданием для чрезвычайного и полномочного посла Амангельды Рахманова в качестве постоянного представителя Туркменистана при ООН было выполнение ответственной миссии по осуществлению всех необходимых процедур по вступлению нашего молодого, независимого и суверенного государства в полноправное членство Сообщества Наций. Как сейчас вспоминает профессор Рахманов, для этого было необходимо получить официальное согласие Совета безопасности ООН, который затем вносил свои рекомендации на рассмотрение Генеральной ассамблеи ООН. Немного забегая вперед, отметим, что данный вопрос был обсужден на 3050-м заседании Совбеза от 7 февраля 1992 года, и была единогласно принята соответствующая резолюция №741.

Председатель Совета безопасности сделал следующее заявление: «От имени членов Совета я рад поздравить Туркменистан с рекомендацией Совета о принятии Туркменистана в члены Организации Объединенных Наций. Все члены Совета убеждены в том, что Туркменистан внесет значительный вклад в работу нашей Организации. С большим удовлетворением мы отмечаем приверженность Туркменистана делу защиты и выполнения целей и принципов Устава Организации Объединенных Наций». Вскоре после этого - 2 марта 1992 года на 46-й сессии ГА ООН в ходе 82-го пленарного заседания единогласно утвердили решение о принятии Туркменистана в полноправное членство ООН.

Амангельды Рахманов представлял Туркменистан в ходе 47-й, 48-й и 49-й сессий Генеральной ассамблеи ООН. Затем работал в качестве чрезвычайного и полномочного посла Туркменистана в Китайской Народной Республике и в Республике Корея. С 2008 года и по сей день является заведующим кафедры международных отношений и дипломатии Института международных отношений МИД Туркменистана.

Как вспоминал народный писатель Туркменистана Аннаберды Агабаев: «В летний зной 1944 года, когда появился в свет младенец Амангелды в семье учителя села Пешаналы Марыйского района, и когда гремели пушки мировой войны, такой организации как ООН не было. Поэтому его родители даже во сне не воображали, что их сын спустя почти полвека будет работать в стенах этой глобальной организации, которая на год младше чем Амангельды».

Известный туркменский дипломат, долгие годы проработавший в странах Среднего Востока и Южной Азии, чрезвычайный и полномочный посол Туркменистана в Исламской Республике Пакистан (1995-2012 гг.) и посол по особым поручениям МИД Туркменистана (2012-2019 гг.), ныне наставник будущих дипломатов в ИМО МИД Туркменистана Сапар Бердиниязов вспоминает:

– С Амангельды Рахмановичем я с разницей в два года учился на факультете иностранных языков (английское отделение) ТГУ им.Махтумкули, а затем посчастливилось с ним работать бок о бок, когда он уже занимал высокие должности в системе МИД. Амангельды Рахмановичу с молодых лет присущ аналитический склад ума, он хороший и изящный собеседник, человек с чувством юмора. Красноречив, в хорошем понимании этого слова. В своих выступлениях, беседах, статьях и книгах, а также в преподавательской деятельности целенаправленно применяет дипломатическую технологию и профессионально использует дипломатическую терминологию. Он в совершенстве владеет английским, русским, турецким языками, может вести непринужденную беседу на китайском. Его лекции на английском языке перед студентами Кембриджа, а также выступления в университетских аудиториях Китая, Турции, ряде стран СНГ демонстрируют прекрасное владение темой, притягательны для слушателей. Теоретические идеи Рахманова, обоснованные в его научных монографиях и статьях отличаются прозорливостью, а его учебные книги и пособия, особенно такие, как «Основы дипломатической службы», «Информационно-аналитическая и разъяснительная работа в дипломатии», «История внешней политики и дипломатии Туркменистана» и другие являются сегодня настольными книгами как для профессорско-преподавательского состава, так и для студентов».

Как пишет А.Рахманов в своей новой книге, посвященной искусству дипломатии, одним из основополагающих условий для успешной деятельности за рубежом, является поддержка семьи. Его супруга, преданный друг со времен студенчества – Марал Рахманова и четверо дочерей всегда обеспечивали «надежный тыл» в самые непростые годы посольской работы за рубежом, да и не только.

В конце 70-х и в течение 80-х годов прошлого века в советских коридорах власти не всегда приветствовали «научное хобби», считая его отвлечением от основной работы, а порою и недолюбливали. Наука – это свобода поиска и творения, провоцирующая на неординарные действия. Проявление инициативы и самостоятельности, даже малейшее возражение всесильному Союзному центру из каких-то еще окраин было чревато снесением голов.

Амангельды Рахманович, вспоминая годы так называемой «перестройки и ускорения» середины 80-х годов неоднозначно оценивает внешнеполитическую стратегию «позднего СССР» и двусмысленные действия тогдашнего его высшего руководства, когда мировая держава одну за другой уступала, а точнее – сдавала без сопротивления свои стратегические позиции на международной арене.

Был случай, когда Рахманов, воодушевленный веяниями горбачевской «гласности и перестройки», подготовил солидный обзор, посвященный совершенствованию советской системы дипслужбы с учетом опыта отношений СССР с южными соседями. Многостраничный аналитический отчет вначале был встречен в Центре длительным молчанием. Тогда Рахманову предрекли грозные последствия смелого шага. Но к удивлению всех, после из Москвы поступило распоряжение по существенному увеличению в правительстве туркменской союзной республики штатов внешнеполитической структуры и расширения ее полномочий. Но эти меры оказались запоздалыми, а вскоре и бесполезными. Ибо через некоторое время Туркменистан объявил свою независимость и назначил первого посла, направив его в штаб-квартиру ООН.

Ветеран отечественной дипломатии Амангельды Рахманов достойно выполнил свой долг на ответственном внешнеполитическом поприще, а в последние полтора десятилетия обогащает науку дипломатии и передает свой опыт будущим защитникам национальных интересов страны на международной арене.

…Автору этих строк посчастливилось во время одной из загранкомандировок, летом 1993 года, посетить в Нью-Йорке офис постоянного Представителя Туркменистана при ООН. Амангельды Рахманович с радостью обнял и угостил гостя настоящим туркменским зеленым чаем и что удивительно – чуреком с сюзьмой и молодым луком.

Такой встрече на американской земле не суждено было повториться, так как спустя некоторое время в один из тихих апартаментов Нью-Джерси рядом с кампусом Rutgers University поступило сообщение из Москвы, ставшее причиной досрочного завершения моей командировки. В тот предутренний час субботы я узнал, что на операционном столе онкоцентра на Каширке скончалась мама... Я безумстве догонял родную мне душу уже по воздушному коридору из нью-йоркского международного аэропорта по направлению на Восток и успел попрощаться с матерью в понедельник утром в отцовском доме.

Не знаю, что превыше всего – находиться постоянно вблизи матери, или, уходить от нее далеко-далеко, отвечая на зов Родины. Думаю, что это одно и то же, ибо материнское сердце не знает расстояний – она вездесуще, всегда рядом с детьми.

...Тем временем, в те далекие от нас июньские дни 1993 года в Нью-Йорке продолжалась рутинная на первый взгляд дипломатическая процедура - Совет безопасности ООН обсуждал принятие резолюций о морской блокаде Гаити и об установления контроля Сил ООН по охране (UNPROFOR) по всей территории Боснии и Герцеговины, призывая при этом государства-члены ООН оказать поддержку, предоставляя логистику и безопасное пространство для продвижения миротворцев. Пока согласовывались скупые строки документов и затягивалось принятие действенных решений, где-то на отдаленных уголках планеты насчитывались десятки и сотни жизней, остающихся в смертельной опасности.

Делегация Туркменистана под руководством А.Рахманова тогда включилась к интенсивным консультациям по разработке и выдвижению на следующей сессии Генассамблеи ООН резолюции о чрезвычайной международной помощи в интересах мира, нормализации и восстановления пострадавшего в результате войны Афганистана (A/RES/48/208). Это было одним из первых и настойчивых дипломатических шагов со стороны независимого Туркменистана по установлению мира на многострадальной афганской земле, и не только.

Туркменистан через взаимодействие в структурах ООН немало способствовал прекращению гражданской войны и в Таджикистане. Результаты таких усилий вскоре проявились и в том факторе, что уже с лета 1993 года интенсивность межтаджикского конфликта пошла на спад. Как известно, в последующем, во второй половине 90-х годов, Ашхабад стал местом проведения раундов межтаджикских, а затем и межафганских переговоров.

Приведенные так называемые процедуры регламента – только поверхностные проявления практической дипломатии, доведенной до уровня настоящего искусства, посредством которой осуществляется защита интересов государства без применения оружия и только силой мудрого и убеждающего слова.

Бегенч КАРАЕВ