Средняя цена топлива с очень низким содержанием серы достигла 856 долларов за тонну, рост на 68 процентов с середины февраля; спотовые ставки фрахта продолжают расти; аналитики предупреждают об усилении шока, если кризис затянется

Как передаёт CCTV+, со ссылкой на британский судоходный журнал Lloyd's List от 29 мая, на фоне закрытия Ормузского пролива цены на бункерное топливо резко выросли почти на 70 процентов. Контейнерные линии перекладывают это бремя на грузоотправителей, а те, в свою очередь, — на конечных потребителей.

Данные глобальных бункеровочных хабов показывают, что 28 мая средняя цена на топливо с очень низким содержанием серы составляла 856 долларов США за тонну. Это на 68 процентов больше, чем в середине февраля. Цена на топливо с высоким содержанием серы выросла на 66 процентов — до 736,50 долларов США за тонну.

Рост цен объясняется не только физическим дефицитом топлива из-за блокады, но и паническими ожиданиями на рынке. Трейдеры закладывают в котировки многомесячную блокаду пролива, что создаёт спекулятивный пузырь. Консалтинговая компания Drewry отметила, что напряжённость на Ближнем Востоке сильно влияет на настроения. Повышенные цены на бункерное топливо и надбавки оказывают повышающее давление на всех торговых маршрутах. Спотовые ставки фрахта продолжают расти. Аналитики предупреждают, что рыночный шок может усилиться, если пролив останется заблокированным на срок более трёх месяцев.

Грузоотправители уже начали пересматривать долгосрочные контракты. Некоторые пытаются переключиться на железнодорожные маршруты через Евразию, хотя их пропускная способность ограничена. Другие вынуждены соглашаться на более медленный режим плавания (slow steaming), чтобы снизить расход топлива, что ведёт к задержкам поставок.

По оценкам отраслевых экспертов, если блокада продлится до конца лета, рост ставок фрахта может достигнуть 150 процентов по сравнению с довоенным уровнем. Особенно пострадают маршруты из Азии в Европу и на восточное побережье США.

Справка: Бункерное топливо — это топливо, используемое для работы судовых двигателей. Его резкое подорожание напрямую увеличивает себестоимость морских перевозок, что в конечном итоге отражается на ценах практически всех товаров, перевозимых морем.

Ормузский пролив — это не просто точка на карте. Это артерия, по которой течёт энергия. Когда она перекрыта, дорожает не только топливо. Дорожает всё, что везут корабли. И платят за это не капитаны и не нефтяные трейдеры. Платят потребители. Контейнерные линии перекладывают расходы на грузоотправителей.

Грузоотправители — на магазины. Магазины — на покупателей. Цепочка прозрачна, как стекло. Вопрос не в том, вырастут ли цены. Они уже растут. Вопрос в том, как долго мир будет наблюдать за этим кризисом со стороны. И когда, наконец, начнёт искать обходные пути. Не только для судов. Для собственной экономики.

Потому что глобализация, построенная на дешёвой логистике, дала трещину. И цена этой трещины — в каждой тонне бункерного топлива, которое становится неподъёмным.