Спикер парламента, глава МИД и глава Центробанка Ирана обсудят прекращение войны, снятие санкций и разблокировку замороженных средств

Как передаёт CCTV+, высокопоставленная иранская делегация прибыла в понедельник в Доху для переговоров с катарскими официальными лицами о возможном мирном соглашении с Соединёнными Штатами, сообщило иранское полуофициальное информационное агентство Mehr.

В состав делегации входят, среди прочих, спикер иранского парламента Мохаммед Багер Галибаф и министр иностранных дел Аббас Арагчи. Визит направлен на продвижение дипломатических усилий, предпринятых при посредничестве Пакистана в последние недели, с целью прекращения «агрессивной войны», развязанной США и Израилем против Ирана.

Ожидается, что Галибаф встретится с эмиром Катара шейхом Тамимом бин Хамадом Аль Тани для обсуждения двусторонних вопросов, а также переговоров о прекращении войны и снятии санкций. В состав делегации также входит глава Центрального банка Ирана Абдольнасер Хеммати, который обсудит возможность разблокировки замороженных иранских средств в рамках окончательного соглашения.

Источник в Катаре сообщил, что обсуждения могут быть сосредоточены на безопасности Ормузского пролива, запасах высокообогащённого урана в Иране и вопросе замороженных иранских активов, хранящихся за рубежом.

Иран и США достигли соглашения о прекращении огня 8 апреля после 40 дней боевых действий. После перемирия они провели один раунд мирных переговоров в Исламабаде 11 и 12 апреля, которые не привели к соглашению. В течение последних недель стороны обменялись несколькими предложенными планами, в которых излагались условия для достижения мира при посредничестве Пакистана.

Переговоры в Дохе — это не просто встреча дипломатов. Это попытка закончить войну, которая длится уже два месяца. Иран привёз весь цвет своего политического и экономического руководства. Катар выступает посредником. Пакистан — тоже.

Вопросы на столе: пролив, уран, деньги. Всё то, из-за чего война началась. И всё то, без чего мир невозможен. Стороны уже обменялись планами. Но соглашения пока нет. Вопрос не в том, состоится ли мир. Вопрос в том, какой ценой. И кто заплатит.