Рассказ о журналисте: строчки ее судьбы

Рассказ о журналисте: строчки ее судьбы

Все наше земное странствие состоит из череды непрерывных встреч. Жизнь – это, прежде всего люди, которые тебя окружают. Правда, нередко бывает, что воспоминания об одних со временем тускнеют в памяти, теряясь в дальних ее уголках, другие остаются навсегда. Особенно, если эти люди оставили добрый след в душе и в сердце.

В конце 70-х годов прошлого века меня приняли на работу в агентство «Туркменинформ» (прообраз нынешнего агентства ТDH) редактором отдела фотохроники. В мою задачу входило составление небольших текстовок под снимками фотокорреспондентов, вернувшихся из служебных командировок. Работа хотя и была занимательной, но, признаться, не очень творческой: несколько строчек текста, перечень людей, изображенных на снимках – вот и весь труд. Мне же хотелось большего – ездить по стране, встречаться с интересными людьми, брать у них интервью, писать очерки, репортажи, зарисовки, словом, быть таким же, как и все корреспонденты агентства. Вакантные места были, увы, заняты, но я все равно старался извлечь пользу из своей должности.

В те годы в Ашхабад довольно часто приезжали известные артисты театра и кино, эстрадные коллективы, писатели, поэты, артисты цирка. Пока фотокорреспонденты выбирали нужный ракурс для съемки, я брал короткие экспресс-интервью у гостей нашего города. Они охотно делились творческими планами, впечатлениями об Ашхабаде, о людях — доброжелательных, гостеприимных, открытых.

Однажды ко мне подошла сотрудница агентства Александра Тычинская. Работала она в отделе культуры. Все звали ее просто Саша.

— Ты что же, друг любезный, у меня хлеб отбираешь? – поинтересовалась Саша. — Ты разве не знаешь, что культура – это моя епархия? Я хотела взять интервью у (она назвала фамилию известной актрисы), а мне сказали, что ты уже у нее побывал. Что теперь прикажешь делать?

Над тем, что влез в чужой огород, я как-то не задумывался, и теперь не знал, что ответить. Видя мое замешательство, Саша весело улыбнулась, и подбодрила: «Да не переживай, я не сержусь. На наш век актеров и актрис хватит. Написал ты неплохо, но есть кое-какие огрехи, давай покажу». Так мы познакомились, а потом подружились. Спустя некоторое время Саша перешла на работу в газету «Туркменская искра», а вскоре переманила туда и меня.

Несколько лет мы трудились вместе в отделе информации. Казалось бы, отдел «информушек», как его называли, это трамплин для газетных новичков, которые только начинают свой путь в журналистике. Но это лишь на первый взгляд. Можно написать большой и скучный очерк, который не привлечет внимания читателя, а можно выдать информацию на полстранички, но материал будет живым, интересным и останется в памяти. При этом надо учесть, что информации должны появляться на страницах газеты каждый день.

Какой-то конкретной темы у Саши не было. Она бралась за любую тему, пусть даже на первый взгляд и не очень привлекательную, но могла так интересно и живо ее подать, найти такой, говоря фотографическим языком, ракурс, что вырисовывались незамеченные на первый взгляд детали, увиденные только ею. Она писала о заповедниках Туркменистана, об ученых, врачах, о туркменском ювелирном искусстве, о пустынях, о нефтяниках Каспия, о туркменских прозаиках и поэтах, театральных деятелях, о простых людях. Однажды она чуть было не взяла интервью у британской принцессы Анны, побывавшей в 1990 году в Ашхабаде, но, к сожалению, охрана не допустила. Вот как с юмором она описывала этот эпизод:

«Я сидела менее чем в метре от принцессы Анны и слушала беседу наших ученых-медиков с нею. А она продемонстрировала свои познания в медицине, состоянии охраны здоровья материнства и детства во многих странах мира… Вся группа гостей ходила еще по зданию института, а я безуспешно пыталась договориться с пресс-секретарем об интервью с ней. Пожилой джентльмен смилостивился и назначил мне встречу на шесть часов вечера. И не пришел.

— Понимаю, что значит уйти по-английски, но не прийти… Это что, тоже в традициях? – сетовала я на неудачу случайно повстречавшемуся мне корреспонденту английской газеты «Вести мира».

— Видно, на то была воля принцессы, — ответил он. – Вы, в отличие от меня, хотя бы находились рядом с Ее Королевским Высочеством… Сочтите и это за честь!»

Несмотря на пышное великолепие форм, которые больше располагают к усидчивости, Саша была легкой на подъем. В ней безостановочно работал вечный двигатель. Ее работоспособность и преданность газетному делу вызывали уважение. Надо ехать в командировку – без разговоров собиралась и ехала, оставляя маленькую дочку Наденьку на попечение друзей.

Однажды мы решили сделать полосу, посвященную работам ночных служб города. На выделенной нам редакционной машине мы объездили ночной Ашхабад из конца в конец. Уже близился рассвет, все порядком устали, материала собрали достаточно, и можно было разъезжаться по домам. И тут Саша спохватилась: «Стоп!», мы же забыли еще об одной службе — лаборатории по прогнозированию землетрясений. Поехали туда». Конечно, в конце концов, можно было обойтись и без этой службы, тем более, что она размещалась за чертой города, но Саша халтурить не привыкла – надо, значит надо.

Не могу припомнить, чтобы я видел Сашу грустной. Она всегда улыбалась открыто, доброжелательно, искренне, как улыбаются ребенку или цветку. Первый раз я заметил печаль и слезы в ее глазах, когда она вернулась из Спитака.

Александра Тычинская официально признана первой женщиной-журналистом, побывавшей в разрушенном четвертом энергоблоке Чернобыльской атомной электростанции. Она же, одна из немногих женщин-журналистов уже в первые сутки после спитакского землетрясения 1988 года была в Армении на руинах, оставшихся от Спитака и Ленинакана.

Саша Тычинская прожила яркую, долгую жизнь в журналистике. Из-под ее пера всегда выходили такие интересные, значимые строки, что однажды увидев, читатель запоминал их надолго, порой на всю жизнь. Она работала в разных регионах страны, не раз углублялась в новую для себя тематику. При этом создавалось впечатление, что она всюду прекрасно ориентируется, будучи порой первопроходцем. Если сложить все статьи, опубликованные ею за эти годы, они составят приличный том.

В Ашхабаде Саша Тычинская провела почти тридцать лет. Когда долго живешь в одном городе, он становится частью тебя, а ты – частью города. И люди, населяющие этот город, тоже часть тебя. Каждая судьба – строчка. И, как в каждой книге, строчки эти бывают и радостными, и грустными. Все мы незримо спаяны в общину, именуемую городским братством. Мы ходим по одной земле, связаны одними улицами, осенены единым небом, согреты одним солнцем. Жизнь летит, и однажды ты начинаешь с грустью понимать, что она не вечна, и уже не повторится. И когда кто-то навсегда покидает наше братство, сердце щемит от потери, и ты острее понимаешь, как много значили эти люди в твоей жизни.

Печаль в глазах Саши мы увидели еще раз, когда перед отъездом из Ашхабада она собрала нас в своем доме. Мы с отчаянным оптимизмом уверяли друг друга, что когда-нибудь обязательно встретимся, что Земля не так велика как кажется, говорили и другие, приличествующие случаю слова. Вот тогда я увидел слезы на ее глазах. Она уже понимала, что мы не увидимся никогда. Жаль было расставаться с прошлым, с нами, с городом в котором она прожила столько лет, которые, верю, были одними из лучших в ее жизни. Возможно, она бы и осталась, но в ее судьбу уже вошел человек, который стал для нее самым дорогим, ее защитой и опорой – Николай Михайлович Сорокин, бывший генеральный директор ЧАЭС, с которым она познакомилась во время командировки в Чернобыль.

Уже живя в Москве, Саша начала писать книгу о своей профессии, о людях, с которыми довелось встречаться, но закончить не успела. Это сделали ее коллеги и друзья, написав книгу о самой Саше.

Саша Тычинская (Сорокина) ушла из жизни в феврале 2014 года. Она была светлым, солнечным человеком, а солнце дарит тепло. Строчка судьбы Саши Тычинской осталась вписанной в историю Ашхабада, Туркменистана и в память тех, кто был с нею рядом, героев ее очерков и репортажей, всех кто ее помнит и любит.

Владимир ЗАРЕМБО

P.S. ORIENT предлагает вниманию читателям в сегодняшнем выпуске очерк Александры Тычинской «Маугли из Каракумов»

2+