МИР ВАШЕМУ ХРАМУ: одна из древнейших христианских церквей находится в Туркменистане

Руслан МУРАДОВ

Среди тысяч археологических и архитектурных памятников Туркменистана есть один совершенно уникальный объект, о котором ничего не знают не только туристы, посещающие нашу страну, но и большинство туркменистанцев.

На первый взгляд, это совершенно неказистые глиняные руины небольшого здания, расположенного прямо у дороги, ведущей из города Байрамали на север, в сторону Каракум-реки. Местные жители издавна называют его Хараба-кёшк, что в дословном переводе с туркменского означает «Развалины дворца».

Но что это был за дворец?

Об этом не сохранилось в народной памяти ровным счетом ничего!

Нет даже легенд, которые были бы как-то привязаны к этому месту. Хотя оно как будто к тому располагает…

Вид со стены Хараба-кёшка на холм Дуёчёкен

Неподалеку от Хараба-кёшка, всего в трехстах метрах возвышается среди плоской равнины огромный холм, квадратный в плане, который известен как Дуечёкен (Верблюжье укрытие). Такие массивные холмы, усыпанные осколками посудной керамики, туркмены называют «депе». Это оплывшие руины древнейших городов-крепостей или некогда неприступных замков, стоявших в центре небольших поселений античной эпохи и раннего Средневековья. Их первоначальные названия забыты. Об их возрасте без археологических раскопок судить очень и очень сложно. Лишь немногие памятники подверглись в минувшем веке тщательному научному изучению, но теперь мы знаем о них достаточно, чтобы говорить об эпохе, когда их воздвигли. Для чего и как долго они использовались.

Хараба-кёшк – один из их числа…

В 1951 году этот памятник обнаружил специальный отряд Южно-Туркменистанской археологической комплексной экспедиции (ЮТАКЭ), который возглавляла Галина Анатольевна Пугаченкова – в то время молодой специалист, а впоследствии – академик, доктор архитектуры, профессор Страсбургского университета.

Ее имя знает каждый, кто интересуется историей и археологией, античной и средневековой архитектурой и изобразительным искусством Средней Азии. Научное наследие Г.Пугаченковой составляют четыре десятка монографий и несколько сотен научных статей, без ссылок на которые теперь не обходится ни одна серьезная работа в сфере знаний. Именно она, обследуя довольно необычное для этой местности сооружение, пришла к выводу, что оно представляет собой самый ранний тип христианского храма – базилику.

Первые базилики (в переводе с древнегреческого «дом базилевса», то есть царя) появились, судя по всему, в Греции. Этим термином обозначался тип строения прямоугольной формы с одним залом, вытянутым в длину. Во II веке до нашей эры базилики стали строить и в Риме.

«Назначение таких зданий состояло в том, чтобы служить местом судебных отправлений  и торговли», — писал известный русский археолог, профессор Н.В.Покровский, который еще в 1910 году ответил на вопрос: откуда происходит данный тип христианского храма?

Наиболее распространенный как в эпоху становления этой религии, так и в период ее расцвета в Западной Европе, римские базилики оказались очень удобными для собраний первых христиан. И когда новая вера победила многобожие, став государственной религией в эпоху императора Константина Великого, строительство первых христианских храмов велось по образу и подобию языческих зданий.

Римская базилика

Многих сегодня удивляет и даже шокирует тот факт, что христианство на Востоке и, в частности, в Средней Азии пустило корни гораздо раньше, чем в Европе и на Руси. Между тем, историки хорошо знают, что появление христиан на территории современного Туркменистана связано с парфянской эпохой. Вероятно, это произошло после 64 года от Рождества Христова, когда массовые репрессии в Римской империи обрушились на последователей новой веры.

Библейские легенды указывают, что уже через несколько десятилетий после казни Иисуса среди скифов проповедовал святой Андрей Первозванный, а в Парфию и Индию Слово Христа донес святой апостол Фома. Существует также предание о том, что при сошествии Святого Духа на апостолов, среди народов, находившихся при этом событии в Иерусалиме, в числе первых упоминаются прибывшие с дарами на поклонение младенцу Иисусу парфяне (в Евангелии – «волхвы»; они же – зороастрийцыприм.ред).

Во II веке поток христианских миссионеров в Парфию усилился. Успеха достигали проповеди среди кочевников. Документ 196 года на сирийском языке свидетельствует о принятии христианства некоторой частью населения Окса (Амударьи).

В III веке фиксируется первая христианская община в Мерве. Согласно легенде, христиане построили в области Мерва 365 храмов. Археологи подтверждают, что христиане жили здесь с III по VI века, хотя несколько раз подвергались гонениям со стороны зороастрийских жрецов.

На городище Гяур-кала – старейшей части Мерва – раскопано так называемое «овальное» здание. Судя по всему, в IV веке это был крупный христианский монастырь.

В V веке, когда в столице Византии Константинополе (Стамбуле) возникло несторианство – учение епископа Нестория – и, как реакция на него, монофизитство, начались гонения на тех и других. Несториане и монофизиты были изгнаны из империи и двинулись далеко на восток, достигнув Мерва, находившегося в составе государства Сасанидов, исповедовавших зороастризм. После нескольких лет борьбы за влияние на людей несториане заняли там главенствующее положение и образовали епископию, в 420 году преобразованную в митрополию.

Г.Пугаченкова резонно предположила, что если в богатом Мерском оазисе было немалое число несторианских общин, одна из них, видимо, группировалась в том самом городке, ныне именуемом Дуечёкен, который вырос вокруг замка крупного землевладельца. Хараба-кёшк, возведенный в V-VI веках в традиционной форме базилики, был, конечно, тесно связан с этим городком.

Когда 60 лет спустя, там удалось провести небольшие раскопки, её догадка нашла еще одно убедительное подтверждение: среди обнаруженных предметов оказался массивный несторианский нательный крест, отлитый из бронзы. Ныне он находится в экспозиции Марыйского историко-краеведческого музея.

Несторианский бронзовый крест из Хараба-кёшка

Едва ли эта церковь стояла в чистом поле, как сейчас. Здешний ландшафт давно изменился: бесследно исчезли тенистые сады, которыми, судя по историческим хроникам, славились в древности Мерв и окружавшие его селения. Ничего не осталось и от простых жилищ далекого прошлого. Но монументальная архитектура, хотя и целиком созданная из глины, пережила века.

Эта сырцовая постройка длиной почти пятьдесят метров при ширине около десяти состоит из одного единственного просторного зала с алтарной частью (апсидой) в торцевой стене. Когда-то здание перекрывали большие арки и своды, но спустя полторы тысячи лет сохранились только нижние части стен.

Подобную планировку христиане Мерва использовали при строительстве своей церкви, так как она связана с характером их культовой практики. Но конструкции Хараба-кёшка целиком выполнены в местной строительной традиции. Г.Пугаченкова также выяснила, что такое компактное и прочное здание использовалось не менее пяти столетий.

Об этом свидетельствуют следы многочисленных ремонтов и, конечно, находки керамических и бронзовых изделий более поздних эпох, вплоть до XII века. К тому времени христианских общин в Мерве не осталось, и их перестроенная церковь выполняла, видимо, уже какие-то другие функции.

Хараба-кёшк в 1951 году

Сегодня в мире насчитывается совсем немного храмов раннехристианского периода – они сохранились в основном на Ближнем Востоке и в Малой Азии, — поэтому интерес специалистов к Хараба-кёшку вполне понятен. Несколько лет назад этот памятник – единственный в своем роде во всей Средней Азии – стал темой специального проекта Национального управления Туркменистана по охране, изучению и реставрации памятников истории и культуры и Научно-исследовательского центра Лигабуе (Италия), который получил спонсорскую поддержку от правительства округа Венеции.

В этом знаменитом городе состоялась официальная церемония презентации проекта «Хараба-кёшк». Она освещалась на страницах итальянской прессы как еще один конкретный шаг на пути развития туркмено-итальянского сотрудничества в области культуры.

Туркмено-итальянская экспедиция на Хараба-кёшке. 2011 год.

Инициатором и менеджером проекта был профессор Габриеле Росси-Осмида, десять лет работавший в Туркменистане на раскопках Гонур-депе. Он привлек к работе не только своих туркменских коллег. По словам итальянского архитектора-реставратора Стефано Траканелли, в течение трех недель руководившего полевыми работами на Хараба-кёшке, время не пощадило этот памятник. Но даже то, что от него осталось, может многое поведать о культуре великого города Мерва в доисламскую эпоху.

Вот почему важная задача реставраторов – максимально бережно сохранить этот реликт для будущих поколений. Особую актуальность эта тема обрела на исходе ХХ века, когда весь комплекс памятников Мерва вошел в Список всемирного наследия ЮНЕСКО.

0