Share
К 70-летию Ашхабадской трагедии: ДЕТИ  ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ

К 70-летию Ашхабадской трагедии: ДЕТИ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ

Владимир ЗАРЕМБО

Передо мной лежит старая пухлая тетрадь в картонной обложке. Бумага от времени пожелтела, чернила выцвели — тетради семьдесят лет. На каждом листке приклеены по две фотографии. Снимки тоже потускнели с годами, но они до сих пор приковывают взгляд. Наверное, потому, что с фотографий глядят лица детей. Маленьких детей. От одного года до трёх лет. На них можно было бы смотреть бесконечно, как и на любых детей, радуясь их симпатичным мордашкам, беззаботным улыбкам и радостному смеху, если бы…

Если бы не грусть и тревога в глазах малышей, рвущиеся через потемневшую бумагу… Если бы не щемящие сердце строчки рядом со снимками… Если бы не бритые наголо маленькие, беззащитные головы, не казённая одежда, кричащая о сиротстве и беде.

История этой тетради не совсем обычна. Однажды в Государственный архив Туркменистана пришёл неизвестный человек и, оставив у дежурного пакет, попросил передать его по назначению. В пакете лежала тетрадь с надписью на обложке «Альбом ашхабадских детей яслей № 30». И всё. Ни приписки, ни пояснений. Кто был этот посетитель, и как к нему попала тетрадь, осталось загадкой.

Проведя исследования, сотрудники архива установили, что это журнал или дневник какого-то распределителя в Баку, куда сразу после Ашхабадского землетрясения 6 октября 1948 года стали поступать дети из разрушенного города.

Эвакуированные из Ашхабада ребятишки прибывали в распределитель группами. Первые пятьдесят малышей появились на его пороге уже вечером 9 октября, другие через несколько дней. Всего девяносто человек – 54 мальчика и 36 девочек. Старшим исполнилось три года, самым маленьким всего лишь неделя от роду.

Уставшие после нескольких дней, проведённых в аду, от дальней дороги, малыши жались друг к другу. Они не понимали, где находятся, почему нет рядом родных людей, и, ища защиты, звали родителей. Можно представить, как нелегко было это слышать работникам приёмника, которые знали, что у многих из детишек уж нет мам, а другие стали круглыми сиротами.

Малышей накормили и уложили спать. В последующие дни их осмотрели врачи. Многим детишкам врачи поставили диагноз – конъюнктивит. В те трагические, страшные дни, когда вздыбилась земля, плачущие малыши, кулачками стирая слёзы, втирали в глаза пыль, которая плотным облаком висела над домами и улицами, надо всем, что ещё несколько мгновений назад было цветущим городом.

Пожалуй, самым трудным для работников бакинского распределителя было установление имён и фамилий пострадавшей детворы, поскольку при них не имелось никаких документов. Пришлось наводить справки у сотрудников других эвакуированных из Ашхабада в Баку детских учреждений, терпеливо расспрашивать самих детей. Те, кто постарше, смогли назвать полностью фамилию и имя, кто-то знал только своё имя и имя своего товарища по яслям, да и то, может быть, не совсем верное.

Из 90 ребятишек 24 остались неизвестными. Вот почему и больно читать рядом с фотографиями такие строчки: «Мальчик № 5. Возраст при поступлении 1 год. Дата поступления 9.10.1948 г.» Или «Девочка №19. Возраст при поступлении 1 год 6 мес. Дата поступления 9.10.1948 г. 20 ч. вечера».

Ну что может рассказать о себе годовалый ребёнок, который за свою короткую жизнь успел выучить всего два слова: мама и папа?

И что могут рассказать о своём малыше папа и мама, которые остались лежать под обломками рухнувшего дома?

Конечно, со временем обретут и фамилию и имя, разумеется, уже не те, что были им даны при рождении, но это уже не важно, главное, что они остались живы, что нашлись люди, которые станут для них родными и близкими.

Спустя некоторое время детей стали распределять в различные медицинские и детские учреждения столицы Азербайджана. Так, 24 малыша были переведены в дома грудного ребёнка, 20 – в больницы, 14 – в детские дома. К сожалению, полной информации о судьбе всех 90 малышей получить не представилось возможным. По сделанным в тетради записям, можно проследить путь лишь 46 детей. Шесть мальчиков и семь девочек забрали родственники и родители, с которыми удалось наладить связь, 16 детей передали на воспитание в другие семьи. Пятнадцать малышей, увы, не выжили.

В Центральном государственном архиве Туркменистана хранится документ – списки детей, поступивших в Баку из Ашхабада после землетрясения. В нём содержатся сведения о 390 маленьких ашхабадцах, эвакуированных в соседнюю братскую страну после катастрофы 1948 года, нашедших тепло и приют в детских учреждениях столицы Азербайджана, в том числе и малыши из тетради, которую принёс в архив неизвестный.

В трудные минуты, когда ашхабадцы оказались в страшной беде, ближайшие соседи бескорыстно поддерживали их, взяв опекунство над детьми, многие из которых лишились родителей. Дети были не только приняты и размещены, для них были созданы нормальные условия для отдыха и продолжения учёбы, выделены средства на приобретение оборудования, экипировки и питания.

С тех пор прошло семь десятилетий. Те девочки и мальчики давно уже стали взрослыми, и жизнь, возможно, разбросала их по разным городам и весям.

Кто знает, а, может быть, они и сейчас ходят по одним улицам, но при встрече вряд ли узнают друг друга. Улыбнутся, пройдут мимо и, конечно, не вспомнят, что много лет назад общая беда на какое-то время свела их в одну семью.

Они не могут этого помнить, они были тогда ещё совсем маленькими, и детская память, к счастью, не вобрала в себя события той страшной октябрьской ночи 1948 года.