Share
ЛЕГЕНДЫ  ТУРКМЕНСКОГО  КИНО:   Шукур-бахши — своя  роль Амана Хандурдыева

ЛЕГЕНДЫ ТУРКМЕНСКОГО КИНО: Шукур-бахши — своя роль Амана Хандурдыева

Владимир ЗАРЕМБО

Туркменское кино невозможно представить без творчества актёра Амана Хандурдыева. И хотя снялся он всего в двух фильмах, каждый из них стал яркой страницей в летописи отечественного кинематографа. Во многом благодаря именно Аману Хандурдыеву. Самому же актёру столь недолгая жизнь на экране – в общей сложности несколько часов — головокружительной популярности не принесла. Поэтому произнося его имя, вряд ли можно рассчитывать на мгновенную реакцию узнавания. Но и забвение не коснулось его. Если к имени актёра вы добавите ключевое слово Шукур-бахши, лицо вашего собеседника сразу потеплеет улыбкой: «Состязание»? Как же! Конечно, конечно!»

Этот фильм занимает особое место в истории национального киноискусства. И трудно поверить, что судьба картины, впоследствии ставшей легендой, поначалу была сложной и непредсказуемой.

В 1963 году группа выпускников ВГИКа возглавляемая молодым режиссёром Булатом Мансуровым приступила к съёмкам получасового фильма по повести Нурмурада Сарыханова «Шукур-бахши», которую они выбрали в качестве своей дипломной работы. Никто тогда и предположить не мог, что рядовая чёрно-белая короткометражка, снятая никому неизвестными дебютантами, вскоре совершит триумфальное шествие по экранам мира, собирая многочисленные награды, что образы, созданные в ней непрофессиональными актёрами, войдут не только в сокровищницу общесоюзной, но и мировой культуры.

В основу сюжета положен подлинный случай, произошедший со знаменитым музыкантом Шукур-бахши. Воины иранского хана Мамедяра напали на туркменское село и увели в плен женщин, девушек и молодых мужчин. В их числе был и брат Шукура. У бахши не было денег, чтобы выкупить брата. Сельчане, вооружившись кто чем мог, и подстрекаемые ханом Чапыком собрались идти освобождать своих земляков, но Шукур, понимая, что одно кровопролитие приведёт к другому, и конца этому не будет, предложил свой способ решения конфликта. Взяв в руки единственное оружие — дутар он отправился в стан врагов. На состязании, устроенном ханом Мамедяром, Шукур-бахши силой своего таланта победил придворного музыканта Гулама-бахши и вместе с братом вернулся домой. Реальный Шукур-бахши прожил без малого сто лет и умер в 1930 году. Он был желанным гостем в любом доме, глубоко почитаемым человеком в каждой туркменской семье.

Творческий коллектив сразу решил, что в фильме будут заняты непрофессиональные актёры, поскольку вряд ли кто из мэтров экрана согласится тратить попусту время и силы на студентов-дипломников. К тому же и денег на съемки им выделили в обрез. Так исполнителя роли Гулам-бахши – Ходжана Овезгеленова случайно нашли в Каахка. Облик бывшего милиционера на пенсии сам просился на экран: массивная, словно высеченная из каменной глыбы голова, «львиное» лицо, тяжелые веки, взгляд – как резкий сабельный удар. В глазах – сочетание силы, мужества, воли, лукавства, доброты и жестокости. Лучшего исполнителя на роль Гулам-бахши трудно было желать.

Иное дело Шукур-бахши. Здесь нужен был человек с глазами мудреца, философа, поэта, с глазами невероятно печальными и страдающими. Ведь Шукур-бахши победил именно потому, что в отличие от своего соперника, заботился не о собственном величии и благополучии — он принимал на себя страдания своего народа. Музыка была для него не средством обогащения, своим искусством он служил людям, помогая, ободряя, утешая и вознося человека. Именно такими оказались глаза молодого преподавателя физико-математического факультета Туркменского госуниверситета Амана Хандурдыева, на которого Мансурову посоветовали обратить внимание.

Кроме того, Аман был известен и как талантливый музыкант-самоучка. Увлёкшись музыкой в раннем детстве, Аман изучил манеру игры многих выдающихся бахши и мог безошибочно повторить любую мелодию, но не механически копируя её, а передавая звуками своё мироощущение. Они встретились. Булат Мансуров попросил Амана сыграть. Едва тот коснулся струн, все увидели, что дутар в руках Шукур-бахши. Сразу две роли – Мамедяр-хана и Чапыу-хана согласился исполнить Артык Джаллыев. Музыку к фильму написал Нуры Халмамедов.

Сегодня, по прошествии десятилетий, фильм «Состязание» по-прежнему заставляет сопереживать от первого до последнего кадра. Остаётся загадкой: как людям, не имеющим прежде ничего общего ни с экраном, ни со сценой, ни даже с участием в школьной художественной самодеятельности, удалось добиться такой глубины раскрытия чувств своих героев, правдивости и естественности поведения, особенно в наиболее драматической и напряженной сцене состязания.

Может оттого, что они не играли, они жили этими образами, наполняя их своим внутренним содержанием, своей энергетикой, своей душой, своей кровью. Так играют в кино дети, не задумываясь о правилах игры. Знаменательно, что все мелодии в фильме исполняли сами герои – Аман Хандурдыев и Ходжан Овезгеленов, при этом в руках у Амана звучал подлинный дутар самого Шукур-бахши. Инструмента когда-то касались руки великого мастера, и это придало игре Амана Хандурдыева особый настрой.

Играть было наслаждением. Актёры настолько органично существовали в кадре, что все сцены снимали почти без дублей. Сам Аман Хандурдыев вспоминал потом, что это было счастливое время – время творческого азарта, вдохновения, время познания и проникновения в дотоле неведомую, необъяснимую, не поддающуюся никаким законам физики и математики материю, под магическим названием кино. Создатели фильма до того увлеклись работой, что не заметили, как скромная трёхчастёвка переросла в полнометражный фильм.

Однако кинопрокатчиков лента тогда не заинтересовала. Фильм сочли не зрелищным, а, значит, кассовых сборов от него ждать не приходилось. Правда, несколько копий всё же отпечатали. Одна из них была отправлена на фестиваль республик Средней Азии и там «Состязание» неожиданно для всех получило сразу два приза – за лучшую режиссуру и лучшую музыку в кино, которую Чингиз Айтматов в умной и обстоятельной рецензии на фильм назвал «непридуманной музыкой». Затем был фестиваль в Каннах и полное признание – «Состязание» завоевало первое место на внеконкурсном показе. Это был прорыв на мировые экраны. Ничего подобного в истории среднеазиатского кино еще не случалось.

Прошло много лет. Фильм «Состязание» давно стал киноклассикой, его до сих пор показывают во ВГИКе в качестве учебного пособия для драматурнов, режиссёров, операторов и актёров. Уже в годы Независимости творческий коллектив фильма стал первым лауреатом Международной премии имени Махтумкули. После «Состязания» Ходжон Овезгеленов продолжал сниматься в кино не только в Туркменистане, но и за его пределами. Предлагали роли и Аману Хандурдыеву, но сценариев уровня «Состязания» уже не было, и он вернулся к привычным занятиям – раздаче автографов студентам в зачётки, и к научной работе.

За эти годы он защитил кандидатскую, затем докторскую диссертацию, стал профессором, заведующим кафедрой. Казалось бы, кино осталось для него в далёком прошлом но, вдруг выяснилось, что на киностудии не забыли об Амане Хандурдыеве. В 1995 году сценарист и режиссёр «Туркменфильма» Лора Степанская и драматург Байрам Абдуллаев написали сценарий фильма «Яндым» («Душа сгорела») по повести Б.Абдуллаева. Это трагическая история предательства брата братом, история разлуки и непреходящей любви, пронесённой сквозь десятилетия, история непонимания и одиночества. Роль главного героя, Садыка, они предложили Аману Хандурдыеву, для которого она, собственно, и писалась. Профессор поначалу пытался отказаться, дескать, у меня студенты, кафедра, а тут целый год съемок, да еще на выезде. Но авторы проявили настойчивость, договорились с руководством вуза и доктор наук сдался.

Возможно, была и другая причина, заставившая его дать согласие: в душе Аман Хандурдыев всё еще жил ожиданием ролей и надеждой, что однажды он снова придёт на съемочную площадку и вновь зазвучат не забытые, волшебные слова «Камера!», «Мотор!», «Начали!», когда-то вошедшие в его жизнь и оставшиеся в ней навсегда. Да и роль ему понравилась, это была его, долгожданная роль.

И опять как тогда, в «Состязании», Аман Хандурдыев сыграл свою роль с такой потрясающей достоверностью и откровением, будто все эти годы готовился к ней. С экрана смотрели те же немыслимо выразительные глаза, только теперь это был взгляд много повидавшего и испытавшего на своём веку человека, достигшего порога, когда приходит пора подведения итогов прожитой жизни, время мудрости, прощания и прощения.

Если в «Состязании» Аман играл с азартом молодости, то в «Яндыме» он нёс в себе груз лет, прожитых не только его героем, но и самим собой. И передавал своё мироощущение с силой и выразительностью зрелого мастера. В фильме есть сцена смерти Садыка. Перед актёром стояла задача на протяжении нескольких минут показать чувства, которые испытывает человек перед уходом – удивление, протест, смирение. У этой сцены только один дубль. Аман сыграл её на едином дыхании и показал это так, что дрожь по коже. Не знаю, как ему это удалось, но он сделал это.

Все, кто знал Амана Хандурдыева, единодушны в своих оценках – он был удивительный человек. Всё, за что ни брался, Аман делал талантливо. Сколько в нём было настоящего мужского обаяния! А как он играл на дутаре! Музыкальная одарённость его была очень высока, и если бы он занимался этим серьёзно, из него бы вышел прекрасный музыкант.
По сюжету фильма Садык, преданный старшим братом, возвращается из сталинских лагерей. Жена ждала его двадцать лет, теряя молодость, надежды на рождение детей, но не отказавшись от любви. Как сыграть эту не угаснувшую с годами влюблённость, чтобы в неё поверил зритель? Здесь у создателей фильма не всё ладилось, и тогда они придумали новую сцену: Садык берёт в руки дутар и начинает играть, проверяя помнят ли пальцы, много лет не касавшиеся струн, любимые мелодии. В кадре видно, как меняется лицо актрисы, игравшей жену Садыка, сколько в её глазах всепрощения, женского понимания, теплоты и грусти.

Фильм «Яндым», практически не имея проката, получил широкое фестивальное признание за рубежом. Картина представляла Туркменистан практически на всех международных кинофестивалях самого высокого уровня – в Берлине, Москве, Монреале, Сочи. Он обошёл фестивальные экраны в США, Южной Корее, во Франции, в Канаде, Турции, Чехии, Иране, в странах СНГ, покоряя сердца зрителей нравственной чистотой и человечностью. «Яндым» удостоен специального приза и диплома жюри «За философское осмысление жизни и утверждение благородства в душе человека, прошедшего через тяжёлые испытания», приза и диплома ЮНЕСКО, специального приза и диплома жюри Международной федерации кинопрессы ФИПРЕССИ «За поэтический стиль и гуманистические устремления».

«Фильм «Яндым» — островок в гигантском океане, на котором царит чистота природы, чистота мыслей и чувств, где живут люди, у которых можно учиться быть добрее, мудрее»,- так было сказано в одной из рецензий на фильм «Яндым».

Аман Хандурдыев покинул этот мир. Ушел незаметно, тихо. В его жизни были тысячи лекций, научные труды, была большая и благодарная аудитория слушателей и зрителей. И были два фильма, всего два фильма, которые как две параллельные прямые пересеклись в одной точке, именуемой Судьбой. Будучи по профессии физиком, Аман Хандурдыев на своём примере подтвердил истинность волновой теории звука: когда струна умолкла — звук всё еще продолжает идти. Талант сродни звуку.