Share
Зеленые берега Ашхабада

Зеленые берега Ашхабада

Владимир ЗАРЕМБО

Осень в разгаре. Нежная, ласковая, как всегда спокойная, ашхабадская осень. Мягче стали краски, причудливее игра света и тени. Небо, добела выцветшее от летнего зноя, возвращает себе голубой оттенок. Дни ещё стоят тёплые, но уставшее от почти пятимесячной работы солнце палит уже не так немилосердно, постепенно уступая место прохладе.

Резче и насыщеннее становятся запахи. В них чудится шум близких дождей и отголоски предстоящей зимы. Дожди идут нечастые, пробные, настоящие ливни ещё впереди. Но не дождями начинается ашхабадская осень, первыми её дыхание встречают деревья. Именно их акварельная палитра и придаёт осени неповторимую, чарующую красочность.

Ашхабадские деревья… Гордость и украшение столицы.

– Ну уж и гордость, – скажет иной скептик. – Да их в каждом городе полным-полно. Растут себе и растут, чего в них особенного?

Может где-то оно и так, но не стоит забывать, что в краю, окруженном пустыней, где большую часть года царствует лето, где вода ценится на вес золота, тень стоит не дешевле.

Насквозь прошитый солнечными лучами ты идешь по раскаленному асфальту в поисках спасительной прохлады. И вот, наконец, заветные островки тени. Ты вступаешь в это убежище, и зной отпускает тебя. Разглядывая крону, принявшую на себя обжигающее пламя, ты благодарно понимаешь, что деревья, это не только «зеленые лёгкие» большого города, вбирающие в себя все его испарения, но и его папаха, оберегающая горожан от палящего зноя.

Это только кажется, что деревья похожи друг на друга. Деревья – они как люди, у каждого свое лицо, свой характер, своя биография. Ашхабадские деревья – это фейерверк, фестиваль цветов, запахов, красок, фасонов.

Вот застывшим праздничным салютом стоят пышногривые клены и ясени, а по соседству, кокетливо качаясь на ветру и щедро разбрасывая красные плоды, цветет бумажная шелковица. На неё благосклонно посматривает колючая гледичия, как бы говоря: мне тоже есть чем похвастаться. И действительно, коричневые стручки гледичии, наполненные сладким, тягучим соком, были одним из любимых лакомств нашего детства.

Упорно тянутся к небу напоенные жгучими африканскими страстями стройные айланты – удивительно красивые создания с изящными золотисто-оранжевыми сережками и резными листьями, издающими пряно-терпкий запах, как у старого вина.

В соперничестве ароматов им не уступает знаменитая туркменская хвойная арча, известная так же, как можжевельник. По стройным и гордым южным красавцам-кипарисам вздыхают белокурые поклонницы – березы и плакучие ивы.

Со спокойным восточным достоинством встречают и провожают прохожих могучие платаны (или чинары), похожие на крепких туркменских стариков. А вот набирает силу и дожидается своего часа хитроватая развесистая маклюра, чтобы осенью забросать тротуары и боскеты созревшими зелеными «яблоками».

Ели, кедры, дубы, юкки – всего не перечислишь…

В Ашхабаде растут сотни пород деревьев. Конечно, не все они местные уроженцы. Немало саженцев было привезено в Туркменистан в конце XIX века, когда началось строительство Закаспийской железной дороги. Со временем столичные улицы, скверы и парки собрали целый интернационал деревьев – здесь представлены Европа, Северная и Южная Америка, Африка, Россия, Китай, Япония, другие страны.

Саженцы отлично прижились на благодатной туркменской земле, пустили корни, дали многочисленное потомство и стали полноправными гражданами страны. Пройдитесь по аллеям любимых ашхабадцами парков «Ашхабад» и «Гунеш» и вы попадете в настоящие тоннели – настолько тесно, по-братски сплелись ветвями зеленые долгожители.

Много повидали на своем веку десятки деревьев-старожилов – платаны, дубы, гледичии, тутовые шелковицы, украшающие Ашхабад и перешагнувшие столетний рубеж. Они пережили несколько исторических эпох, выстояли во время разрушительного землетрясения 1948 года, практически стершего нашу столицу с лица земли, были свидетелями строительства нового города – беломраморного Ашхабада периода независимости.

В знак уважения перед «ветеранами» городские власти в середине прошлого века издали распоряжение о мерах по сохранности деревьев-долгожителей и соответствующему уходу за ними. В список вошло около ста деревьев, давно ставших достопримечательностью столицы.

С каждым годом «зеленый щит» Ашхабада пополняется новыми видами деревьев. Это, уже ставшие привычными для горожан молодые сосны, опоясывающие лесополосами столицу, липа, калина, японская софора, тис, магнолия, европейская маслина. А также непривычные для слуха, но, тем не менее, прекрасные павловния, чилопсис, хеномелес японский, чубушник пекинский, химонант. Человек, даже на короткое время оставивший Ашхабад, подлетая к городу, не может не заметить, насколько расширились берега зеленого моря.

Озеленение столицы возведено в ранг государственной политики. Десятки тысяч саженцев различных пород ежегодно получают прописку на некогда пустовавших землях городских окраин. Они становятся основой новых парков и скверов, в которых, по сложившейся уже традиции, проводятся все городские торжества. Ашхабад и раньше называли «изумрудным ожерельем» в предгорьях Копетдага, ныне же он заслужил славу одного из самых зеленых городов в Центральной Азии.

Родившись и прожив всю жизнь в Ашхабаде, я могу с полным правом утверждать, что мои земляки по-особому трепетно относятся к деревьям. Спросите горожан-старожилов и они не только с удовольствием расскажут историю многих ашхабадских деревьев, но и покажут своих любимцев. Для ашхабадцев деревья – не просто зеленые насаждения, которые «растут себе и растут».

Для тех, кто посадил пусть и одно деревце, (а в городе вряд ли найдешь человека, который не вырастил хотя бы один саженец), они становятся любимыми детьми, для тех, кто играл в них в детстве, забираясь в самую гущу крон – они друзья, а когда человек уезжает из дома, он прощается с деревьями, как с близкими родственниками.

Что поделаешь, люди странствуют по свету, а деревья остаются верными земле, на которой родились. И когда ты возвращаешься в свой город, с которым связаны самые теплые воспоминания, так приятно провести рукой по шершавой коре платана или гледичии.

Растем мы, и вместе с нами растут наши деревья, становясь частью нашей жизни.

Мы меняемся, а деревья остаются все теми же – добрыми и преданными друзьями.